Мир Велимира Хлебникова » Переводы

Еще раз, еще раз… / Once again, once again…

eugene_admin — Mon, 13 Oct 2014 16:00:47 +0000

Еше раз, еще раз,
Я для вас
Звезда.
Горе моряку, взявшему
Неверный угол своей ладьи
И звезды:
Он разобьется о камни,
О подводные мели.
Горе и Вам, взявшим
Неверный угол сердца ко мне:
Вы разобьетесь о камни,
И камни будут надсмехаться
Над Вами,
Как вы надсмехались
Надо мной.

<Май 1922>

Once again, once again
I’m a star for
you.
Woe to the sailor who has taken
The wrong angle of the ship
On a star:
He will be shattered on the rocks,
On the underwater sandbanks.
Woe to you also who have taken
The heart’s wrong angle on me.
You will be shattered on the rocks,
And rocks will laugh
At you
As you laught
At me.

Translation from The Heritage of Russian Verse. Ed. Dmitrii Obolensky. Bloomington: Indiana University Press, 1965, p.289-290. (http://www.emagazine.narod.ru/Khlebnikov.html)

Девушки, те что шагагют… / The girls, those who pace…

eugene_admin — Mon, 13 Oct 2014 15:59:15 +0000

Девушки, те, что шагают
Сапогами черных глаз
По цветам моего сердца.
Девушки, опустившие копья
На озера своих ресниц.
Девушки, моющие ноги
В озере моих слов.

<1921>

The girls, those who pace
With boots of black eyes
Upon the flowers of my heart.
The girls who put javelins
Upon their eyelashes’ lakes.
The girls who wash their feet
In the lake of my words.

Translated by Alexandr Zorin (http://www.sashastr.narod.ru/Khlebnikov.html)

Отказ (Мне гораздо приятнее…) / The Rejection (For me it’s much more pleasant…)

eugene_admin — Mon, 13 Oct 2014 15:57:46 +0000

Мне гораздо приятнее
Смотреть на звезды,
Чем подписывать
Смертный приговор.
Мне гораздо приятнее
Слушать голоса цветов,
Шепчущих: «Это он!» —
Склоняя головку,
Когда я прохожу по саду,
Чем видеть темные ружьяСтражи, убивающей
Тех, кто хочет
Меня убить.
Вот почему я никогда,
Нет, никогда не буду Правителем!

Январь, апрель 1922

For me it’s much more pleasant
To look at the stars
Than to sing up a prisoner
To a death sentence.
For me it’s much more pleasant
To listen to the voices of flowers,
Whispering: «It’s he»
Bending their heads,
As I walk through the garden —
Than to see the black rifles
Of the guard
Killing those who want
To kill me.
That’s why I will never,
No, never, become the Governor!

Translated by Alexandr Zorin (http://www.sashastr.narod.ru/Khlebnikov.html)

Я призываю вас шашкой… / I call you to try with a sword…

eugene_admin — Mon, 13 Oct 2014 15:56:37 +0000

Я призываю вас шашкой
Дотронуться до рубашки.
Ее нет.
Шашкой сказать: король гол.
То, что мы сделали пухом дыхания,
Я призываю вас сделать железом.

15 февраля 1922

I call you to try with a sword
To touch the shirt.
It’s away.
Say with the sword: the King is naked.
What we’ve done with fuzz of breath
I call you to do with iron.

Translated by Alexandr Zorin (http://www.sashastr.narod.ru/Khlebnikov.html)

Оснегурить тебя… / To snow you…

eugene_admin — Mon, 13 Oct 2014 15:55:44 +0000

Оснегурить тебя
Пороши серебром.
Дать большую метлу,
Право гнать зиму
Тебе дать.

Начало 1922

To snow you
With silver of powder.
To give you a big broom,
The right to chase winter —
To give you.

Translated by Alexandr Zorin (http://www.sashastr.narod.ru/Khlebnikov.html)

Тайной вечери глаз знает много Нева… / The Neva-river knows many Last Supper eyes…

eugene_admin — Mon, 13 Oct 2014 15:51:58 +0000

Тайной вечери глаз знает много Нева,
Здесь спасителей кровь причастилась вчера
С телом севера, камнем булыжника.
В ней воспета любовь отпылавших страниц.
Это пеплом любви так черны вечера
И рабочих и бледного книжника.
Льется красным струя,
Лишь зажжется трояк
На усталых мостах.

Трубы ветра грубы,
А решетка садов стоит стражей судьбы.
Тайной вечери глаз знает много Нева
У чугунных коней, у широких камней
Дворца Строганова.

Февраль 1921, начало 1922

The Neva-river knows many Last Supper eyes.
Yesterday here the blood of saviors housled
With the body of north, paving-stone.
Here’s caroled the love of pages ablaze.
It’s with ash of the love that the evening’s so black
Both of workmen and pale librarians.
Stream is flowing with red
As the lantern is lit
On the bridges a little bit tired.
Crude are chimneys of wind
And as a destiny guard the grid of gardens is growing.
Many Last Supper eyes knows the Neva
At the cast-iron horses, at broad stones of
The palace of Stroganov.

Translated by Alexandr Zorin (http://www.sashastr.narod.ru/Khlebnikov.html)

Вши тупо молилися мне… / Lice stupidly prayed godding me…

eugene_admin — Mon, 13 Oct 2014 15:50:13 +0000

Вши тупо молилися мне,
Каждое утро ползли по одежде,
Каждое утро я казнил их —
Слушай трески, —
Но они появлялись вновь спокойным прибоем.

Мой белый божественный мозг
Я отдал, Россия, тебе:
Будь мною, будь Хлебниковым.
Сваи вбивал в ум народа и оси,
Сделал я свайную хату
«Мы — будетляне».
Все это делал, как нищий,
Как вор, всюду проклятый людьми.

<Осень 1921>

Lice stupidly prayed godding me,
Every morning they crawled through my clothes,
Every morning I killed them, —
Listen to their cracks, —
But they came again like quietly confident surf.

The white godlike marrow of mine
I gave, Russia, you:
Be Khlebnikov, be my mind.
Wedged piles in the people’s brain, and axes, too,
I built a small house of pilesм «We’re the future-be-men».
I’ve done all of this as a beggar,
As a thief whom everyone damned.

Translated by Alexandr Zorin (http://www.sashastr.narod.ru/Khlebnikov.html)

Я и Россия (Россия тысячам тысяч свободу дала…) / Me and Russia (Russia gave freedom to many thousands…)

eugene_admin — Mon, 13 Oct 2014 15:47:12 +0000

Россия тысячам тысяч свободу дала.
Милое дело! Долго будут помнить про это.
А я снял рубаху,
И каждый зеркальный небоскреб моего волоса,
Каждая скважина
Города тела
Вывесила ковры и кумачовые ткани.
Гражданки и граждане
Меня — государства
Тысячеоконных кудрей толпились у окон.
Ольги и Игори,
Не по заказу
Радуясь солнцу, смотрели сквозь кожу.
Пала темница рубашки!А я просто снял рубашку —
Дал солнце народам Меня!
Голый стоял около моря.
Так я дарил народам свободу,
Толпам загара.

1921

Russia gave freedom to many thousands.
A pretty affair! It will be remembered for long.
And I just took off my shirt
And mirror sky-scrapers of every hair,
Every chink
Of body-city
Hung out carpets and red bunting cloths.
All citizens, male and female,
Of Me, Me — a state
Of thousand-windowed curls — they crowded at the windows.
Olgas and Igors,
Not ordered but willingly
Pleased by the sun, looked through my skin.
The dungeon of shirt dropped down!
And look, I just took off my shirt —
Gave sun to the people of Me!
Naked I stood at the sea.
In this way I freed the peoples,
Crowds of sunburn.

Translated by Alexandr Zorin (http://www.sashastr.narod.ru/Khlebnikov.html)

Москва, ты кто?.. / Moscow, who are you?..

eugene_admin — Mon, 13 Oct 2014 15:45:26 +0000

Москва, ты кто?
Чаруешь или зачарована?
Куешь свободу
Иль закована?
Чело какою думой морщится?
Ты — мировая заговорщица.
Ты, может, светлое окошко
В другие времена,
А может, опытная кошка:
Велят науки распинать
Под острыми бритвами умных ученых,
Застывших над старою книгою
На письменном столе
Среди учеников?
О, дочь других столетий,
О, с порохом бочонок —
<Твоих> разрыв оков.

15 декабря 1921

Moscow, who are you?
Are you charming or charmed?
Are you forging freedom
Or chained?
What thought knits your brow?
With the world of conspire.
Perhaps you’re a window, giving light
Into another time,
Or an expert cat you’re:
Do sciences order to crucify,
Under sharp razors, the clever scholars
Who’re congealed amid their pupils
Near an old book
On the writing table?
Oh, daughter of the ages,
Oh, powder barrel —
The break of your ties.

Translated by Alexandr Zorin (http://www.sashastr.narod.ru/Khlebnikov.html)

Ночь в Персии (Морской берег. …) / A Persian Night (The sea-coast. …)

eugene_admin — Mon, 13 Oct 2014 15:43:53 +0000

Морской берег.
Небо. Звезды. Я спокоен. Я лежу.
А подушка — не камень, не перья:
Дырявый сапог моряка.
В них Самородов в красные дни
На море поднял восстанье
И белых суда увел в Красноводск,
В красные воды.
Темнеет. Темно.
«Товарищ, иди, помогай!» —
Иранец зовет, черный, чугунный,
Подымая хворост с земли.
Я ремень затянул
И помог взвалить.
«Саул!» ( «Спасибо» по-русски.)
Исчез в темноте.
Я же шептал в темноте
Имя Мехди.
Мехди?
Жук, летевший прямо с черного
Шумного моря,
Держа путь на меня,
Сделал два круга над головой
И, крылья сложив, опустился на волосы.
Тихо молчал и после
Вдруг заскрипел,
Внятно сказал знакомое слово
На языке, понятном обоим.
Он твердо и ласково сказал свое слово.
Довольно! Мы поняли друг друга!
Темный договор ночи
Подписан скрипом жука.
Крылья подняв, как паруса,
Жук улетел.
Море стерло и скрип и поцелуй на песке.
Это было!
Это верно до точки!

1921

The sea-coast.
Sky. Stars. I’m quiet. I’m lying down.
My pillow’s neither a stone, nor feathers:
A sailor’s worn-throught boot.
Samorodov wore it in those red days
When he led the revolt
And moved ship of the white to Krasnovodsk,
To the red waters.
Getting darker. Darkened.
«Comrad, come on, help me!»
A black, cast-iron Persian calls
Picking up brush-wood from the earth.
I tightened the strap
And helped him to shoulder it.
«Saul» (meaning «thank you»).
He got lost in the dark.
And in the dark I whispered
The name of Mehdi.
Mehdi?
A beetle who flew from the black
Noisy sea,
Making for me,
Encircled my head two times
Folded his wing and landed in my hair,
Kept silent and then
Suddenly squeaked,
Distinctly said a well-known word
In the tongue we two understood.
His saying was firm but tender.
Enough! All was clear for two of us!
The dark treaty of night
Was signed by the beetle’s squeak.
With his wings lifted up like sails,
He flew away.
The sea erased both the squeak and the kiss
on the sand.
Yes, it was.
Everything’s true.

Translated by Alexandr Zorin (http://www.sashastr.narod.ru/Khlebnikov.html)